Стихи [каталог в первом сообщении]

"Отовсюду обо всем или мировой экран", - как говорил Бендер о своих снах.
Эриона
Сообщения: 152
Зарегистрирован: 19 дек 2007, 18:29
Поблагодарили: 1 раз

Сообщение Эриона »

"О нем (Я за ним)" И.Дубцова

Собираю наши встречи, наши дни,
Как на нитку - это так долго...
Я пытаюсь позабыть, но новая попытка колит иголкой...
Расставляю все мечты по местам,
Крепче нервы, меньше веры,
День за днем...
Да гори оно огнем...
Только мысли все о нем и о нем,
О нем и о нем...

Я к нему поднимусь в небо
Я за ним упаду в пропасть
Я за ним... извини, гордость...
Я за ним одним,
Я к нему одному

Понимаю, что для вида я друзьям
Улыбаюсь - это не просто.
Я поставила бы точку,
Но опять запятая - это серьезно
Разлетаюсь от тоски на куски, на осколки
Все без толку день за днем
Да гори оно огнем...
Только мысли все о нем и о нем,
О нем и о нем...
N.E.
Сообщения: 111
Зарегистрирован: 2 авг 2002, 15:28
Откуда: Москва
Поблагодарили: 3 раза

Сообщение N.E. »

Б. Заходер.

Поэтов нет, а есть один поэт.
Различными он пишет письменами,
И разными зовется именами.
Но он один - поэт.
Другого нет.

По счастью, он не расстается с нами
С тех пор, как существует белый свет.
И даже Смерть сама его портрет
Лишь дополняет новыми штрихами.

Порой проходят долгие века,
Сменяются десятки поколений,
Пока прибавится одна строка
в собрании его стихотворений

Рассеяных, как золото в песках,
во всех эпохах,
Странах,
Языках.
Talifa
Сообщения: 2106
Зарегистрирован: 21 янв 2004, 08:26
Благодарил (а): 27 раз
Поблагодарили: 289 раз

Сообщение Talifa »

Прошу прощения за банальность. Сама не люблю когда песни тут постят. Но что-то меня зацепило.



Время, болезнь - это уже неизлечимо,
с поезда не слезть и еле-еле различимы
ноты песенки моей. Как ножом по гордости
расписание судьбы и билет до конца этой повести.

А там на последней станции
старость встретит поезд мой,
повиснет на мне бородой
и усами седыми,
да и предложит в покое сладостном
в мягких и теплых причинах
расписаться мне в собственной слабости
каллиграфическими морщинами...

У них у каждой теперь семья,
у них теперь по воскресеньям
их безотказные мужья
и покупные приключения.
Завалиться к ним домой!
Вот была бы подлость...
Я ваш двадцать первый встречный,
я под откос набираю скорость!

Там, там на последней станции
старость встретит поезд мой,
повиснет на мне бородой
и усами седыми,
да и предложит в покое сладостном
в мягких и теплых причинах
расписаться мне в собственной слабости,
каллиграфическими морщинами...
Vediki
Сообщения: 45
Зарегистрирован: 13 фев 2006, 12:59

Уолт Уитмен

Сообщение Vediki »

Это про моего младшего сына... :))

Жил малыш. Когда он выходил...

Перевел К.С.Фарай


Жил малыш.
Когда он выходил на свою ежедневную прогулку,
и оглядывался вокруг,
то на что бы он ни смотрел
с жалостью, любопытством, страхом или любовью,
он становился этим предметом,
и это предмет становился частью его
на один день или на одно мгновение дня,
...на целый год или на циклы тянущихся лет.


Ранние незабудки становились частью малыша,
И трава, и красивая герань, и клевер,
и маленькие колибри,
и мартовские ягнята, и поросята с розовыми грудками...
кобыла с жеребятами, смеющиеся толпы во дворах,
люди у скользкого входа в пруд,
любопытные рыбки среди темно-зеленых камней,
и водяные мельницы с тяжелыми
стальными верхушками...
все становилось частью этого малыша.


И апрельские и майские полевые всходы
становились малышом...
и зимняя пшеница,
и светло-каштановые кукурузные ростки,
и съедобные коренья в огородах,
и яблони, и цветы яблонь,
и сочные яблоки, падающие с веток...
и лесная малина... и подорожник;
и старый пьяница по дороге домой
из таверны, где он недавно лежал без памяти,
И торопливая учительница... и дружелюбные дети,
и грустные дети... и аккуратные девочки-горожанки...
и все изменения в городах и селениях,
куда бы он ни шел.


И даже родители малыша - мужчина, зачавший его, выстрелив отцовской смесью
среди ночи... и женщина, выносившая малыша в своей сумке
перед тем, как он появился на свет...
они дали ему гораздо больше этого,
и давали ежедневно... и они, и то, что исходило от них
становилось частью малыша.
Его мать... и тарелки, и блюдца, поставленные
на обеденный стол,
Мать... и потоки прекрасных слов...
и чистая косынка, и фартук,
и здоровый материнский аромат,
отлетавший от ее волос и платья
когда она проходила мимо;
Его отец: сильный, мужественный, независимый,
строгий, рассерженный, несправедливый,
и удар, и окрик, и просьба, и заманчивая
ложь,
И предметы домашнего обихода, и разговор, и лавка старьевщика,
мебель... и желания переполненного сердца,
Любовь неподкупная... и чувство неизменной реальности,
мысли о том, что и это только мечта,
Сомнения днем и ночью, желание
узнать "как это?" и "что это?"...
Существует ли то, что кажется реальным
или это только вспышки и искры?
Мужчины и женщины на дорогах,
если не вспышки и искры,
то тогда кто?
И сами дороги, фасады серых домов...
товары на широких витринах, лица,
телеги, причалы, толпы на переправах;
Вид деревни, когда солнце падает
за зеленый холм... вереницы изломанных рек...
И тени... и лучи света в гущах летних дождей...
свет, падающий на крыши... и белая и коричневая
черепица...
очертания, отсветы, силуэты;
шхуна неподалеку, уходящая с отливом...
лодка на мели среди береговых камней,
Бег и танец темно-синих волн - растерянный всплеск,
и красочные облака... и багровая мачта,
оставленная кем-то словно в одинокой
бесконечной грезе;
склон горизонта, сизый пеликан на фоне солнца,
сгустки ила в аромате соленых водорослей;
все эти явления и кажущиеся явления, да,


Все это становилось частью малыша, который
ежедневно выходил,
и впредь будет выходить ежедневно,
становилось собственностью малыша, будь то
он или она,
кто гнался за всем этим
день за днем, час за часом -
всегда.
Nikeyn
Сообщения: 453
Зарегистрирован: 4 дек 2007, 22:17
Откуда: г. Брест

Стихи

Сообщение Nikeyn »

"Я продал душу"

Я продал душу за гроши,
Я эгоист, я мразь...
Теперь остался без души...
Я худший просто грязь...

Я проиграл любовь свою,
Мне в карты не везёт...
Врагам кричал "тебя убью",
Наркотик в вену бьёт...

Друзей подставил я не раз,
Теперь я враг для них...
От боли получал экстаз,
В глазах врагов моих...

Я крал у бедных не жалел,
И продавал за так...
"Я нищий"- болью я хрипел,
Я жалкий, жалкий раб...

Я продал душу за гроши,
Я не жалел тогда...
Родная мама поспеши...
На помощь чудака...

Я знаю, ты страдала, мам,
Но что я мог сказать?
Людей я граблю по ночам?
Что душу смог продать?

Ты каждый раз ждала меня,
По вечерам домой...
А я не помнил про тебя...
Я занят был игрой...

Ты знаешь, мам, я проиграл,
Я проиграл судьбе...
Я пропасти себя отдал...
И не отдал тебе...

Всех бросил я, а жизнь меня,
Я пал, припал к Земле...
Но есть надежда лишь одна..
Что ты поверишь мне...

Я враг для всех - но сын тебе...
Я вспомнил только раз...
Когда дышать сказали мне...
И не дали сейчас...
It has all been very interesting
Nikeyn
Сообщения: 453
Зарегистрирован: 4 дек 2007, 22:17
Откуда: г. Брест

Стихи

Сообщение Nikeyn »

Сегодня — вторник, 19 марта 2008 г.

стихи Angel Doll

-Любишь?
-Люблю
-Докажи!
-Докажу
-А достанешь звезду?
-Да, достану, смогу!
-Ты солгал!
-Я не лгу.
-Ты не можешь достать, до небес дотянуться, и как вишню сорвать.
-Я смогу.
-Снова лжешь, так поди, докажи!
-Но тогда мне придётся отдать свою жизнь.
-Так отдай, за меня!
-Но что будет потом?
-Ты докажешь любовь
-Я ещё не готов
-Уходи!
-Почему?
-Ты мне лжешь, будешь лгать.
-Но не станет меня, ты же будешь страдать?
-Ну и что, ты сказал, значит должен достать, а иначе тебя не желаю я знать!
-Так и быть, только знай, это всё не игра. Я смогу доказать, что правдивы слова. Только ты будешь сильно об этом жалеть. Ты получишь звезду, ей тебя не согреть. Согревает любовь в окрылённых сердцах, вспышки счастья, доверие в милых глазах. Согревает взаимность, и чувства полёта. У тебя же останется лишь голый лёд...
-Подожди, ты куда?
-Я пошел за звездой... для тебя... на край света... жди ночи...
-Постой! Как узнаю, что ты принесёшь мне звезду?
-Ты поймёшь, ты увидишь. Сказал же, смогу...
It has all been very interesting
Nikeyn
Сообщения: 453
Зарегистрирован: 4 дек 2007, 22:17
Откуда: г. Брест

Стихи

Сообщение Nikeyn »

“Ты ждала?
Не очень…
Дай обнять…
Не трогай...
Мне уйти?
Как хочешь…
Постоим?
Немного…
Что с тобою?
Не знаю…
Разлюбила?
Может…
Ты совсем другая! Ну, а я?
Ты тоже…
На душе?
Ненастье
Поделись…
Устала…
Что ты хочешь?
Счастья!
Все?
А разве мало?...”
It has all been very interesting
Vediki
Сообщения: 45
Зарегистрирован: 13 фев 2006, 12:59

Сообщение Vediki »

Каждый пред Богом наг...
Жалок, наг и убог...
В каждой музыке Бах,
В каждом из нас Бог.
Ибо вечность - богам...
Бренность - удел быков...
Богово станет нам
Сумерками богов...
И надо небом рискнуть,
И, может быть, невпопад
Еще не раз нас распнут
И скажут потом: распад...
И мы завоем от ран.
Потом взалкаем даров...
У каждого свой храм.
И каждому свой гроб.
Юродствуй, воруй, молись!
Будь одинок, как перст!...
Словно быкам - хлыст,
вечен богам крест...

И. Бродский 1958
Эриона
Сообщения: 152
Зарегистрирован: 19 дек 2007, 18:29
Поблагодарили: 1 раз

Сообщение Эриона »

Спроси у той, что рядом, зачем ты нужен ей,
Ответит она взглядом и подойдёт к тебе.
В таких объятьях нежных забудешь обо всём...
А суть ответов лестных теряется порой.
Пройдут года бесследно и вновь задашь вопрос.
Разлука и бессмертие как лепестки от роз...
Одна страница жизни светла как солнца луч,
Другая потемнее как стая мрачных туч...
От страсти алым пламенем сгорают твои дни,
Ни чёрные, ни белые, сплошные тени лжи.
Вот если был бы ты чуть-чуть художником в душе,
Цветами радуги тогда раскрасил б жизнь везде.
И если нужен ты себе, вокруг тебя друзья,
А если нет, то всёравно, кто рядом - друг иль враг.
Аватара пользователя
Виктор
Основатель Школы
Сообщения: 11337
Зарегистрирован: 14 мар 2002, 07:27
Откуда: Москва
Поблагодарили: 1310 раз

Сообщение Виктор »

Музыка, складывай ноты, захлопывай папку,
Прячь свою скрипку, в прихожей разыскивай шляпку.
Ветер по лужам бежит и апрельскую крутит
Пыль по асфальту подсохшему. Счастья не будет.

Счастья не будет. Винить никого не пристало:
Влажная глина застыла и формою стала,
Стебель твердеет, стволом становясь лучевидным -
Нам ли с тобой ужасаться вещам очевидным?

Будет тревожно, восторженно, сладко, свободно,
Будет томительно, радостно - все, что угодно,-
Счастья не будет. Оставь ожиданья подросткам,
Нынешний возраст подобен гаданию с воском:

Жаркий, в воде застывает, и плачет гадалка.
Миг между жизнью и смертью - умрешь, и не жалко -
Больше не будет единственным нашим соблазном.
Сделался разум стоглазым. Беда несогласным:

Будут метаться, за грань порываться без толку...
Жизнь наша будет подглядывать в каждую щелку.
Воск затвердел, не давая прямого ответа.
Счастья не будет. Да, может, и к лучшему это.

Вольному воля. Один предается восторгам
Эроса. Кто-то политикой, кто-то Востоком
Тщится заполнить пустоты. Никто не осудит.
Мы-то с тобой уже знаем, что счастья не будет.

Век наш вошел в колею, равнодушный к расчетам.
Мы-то не станем просить послаблений, а что там
Бьется, трепещет, не зная, не видя предела, -
Страх ли, надежда ли - наше интимное дело.

Щебень щебечет, и чавкает грязь под стопою.
Чет или нечет - не нам обижаться с тобою.
Желтый трамвай дребезжанием улицу будит.
Пахнет весной, мое солнышко. Счастья не будет.
Дмитрий Быков

***

Я к вам травою прорасту,
Попробую к вам дотянуться,
Как почка тянется к листу
Вся в ожидании проснуться.
Однажды утром зацвести,
Пока ее никто не видит,
А уж на ней роса блестит
И сохнет, если солнце выйдет.
Оно восходит каждый раз
И согревает нашу землю,
И достигает ваших глаз,
А я ему уже не внемлю.
Не приоткроет мне оно
Опущенные тяжко веки,
И обо мне грустить смешно,
Как о реальном человеке.
А я - осенняя трава,
Летящие по ветру листья,
Но мысль об этом не нова,
Принадлежит к разряду истин.
Желанье вечное гнетет,
Травой хотя бы сохраниться —
Она весною прорастет
И к жизни присоединится.
Геннадий Шпаликов

***
Я буду метаться по табору улицы темной
За веткой черемухи в черной рессорной карете,
За капором снега, за вечным, за мельничным шумом...

Я только запомнил каштановых прядей осечки,
Придымленных горечью, нет - с муравьиной кислинкой,
От них на губах остается янтарная сухость.

В такие минуты и воздух мне кажется карим,
И кольца зрачков одеваются выпушкой светлой,
И то, что я знаю о яблочной, розовой коже...

Но все же скрипели извозчичьих санок полозья,
B плетенку рогожи глядели колючие звезды,
И били вразрядку копыта по клавишам мерзлым.

И только и свету, что в звездной колючей неправде,
А жизнь проплывет театрального капора пеной;
И некому молвить: "Из табора улицы темной..."
Осип Мандельштам

***
Перед атакой

Когда на смерть идут -
поют,
а перед этим
можно плакать.
Ведь самый страшный час в бою -
час ожидания атаки.
Снег минами изрыт вокруг
и почернел от пыли минной.
Разрыв.
И умирает друг.
И, значит, смерть проходит мимо.
Сейчас настанет мой черед.
За мной одним
идет охота.
Ракету
просит небосвод
и вмерзшая в снега пехота.
Мне, кажется, что я магнит,
что я притягиваю мины.
Разрыв.
И лейтенант хрипит.
И смерть опять проходит мимо.
Но мы уже
не в силах ждать.
И нас ведет через траншеи
окоченевшая вражда,
штыком дырявящая шеи.
Бой был короткий.
А потом
глушили водку ледяную,
и выковыривал ножом
из-под ногтей
я кровь чужую.
Семен Гудзенко

***
Я не пропал без вести!

Самокрутка – и та в пыли,
Журавлиный по небу клин.
У меня до команды «Пли!»
Есть пока что затяжки три.

Все… Кончается белый свет.
Вот бы мышью юркнуть в траве…
Боже правый!
За что? Ответь! А затяжки всего лишь две.

Напряженьем звенит тишина.
Будь ты проклята, сука война!
До чего ж самокрутка хмельна…
Жаль, затяжка осталась одна.

Помнишь, в детстве я был «хулиган»?
Мать, прости, что вернусь – солгал…
Мой окурок упал к ногам..
Лязг затворов. Отмашка. Залп!
Георгий Зобнин

***
Нас хоронила артиллерия.
Сначала нас она убила.
Но, не гнушаясь лицемерия,
Теперь клялась, что нас любила.
Она выламывалась жерлами,
Но мы не верили ей дружно
Всеми обугленными нервами
В натруженных руках медслужбы.
За нас молились леди Англии
И маркитантки полковые.
Нас интервьюировали б ангелы,
Когда бы были таковые.
Мы доверяли только морфию,
По самой крайней мере — брому.
А те из нас, что были мертвыми —
Земле, и никому другому.
Тут всё еще ползут, минируют
И принимают контрудары.
А там — уже иллюминируют,
Набрасывают мемуары...
И там, вдали от зоны гибельной,
Циклюют и вощат паркеты,
Большой театр квадригой вздыбленной
Следит салютную ракету.
А там по мановенью файеров
Взлетают стаи лепешинских,
И фары плавят плечи фрайеров
И шубки дамские в пушинках.
Бойцы лежат. Им льет регалии
Монетный двор порой ночною.
Но пулеметы обрыгали их
Блевотиною разрывною!
Но тех, кто получил полсажени,
Кого отпели суховеи,
Не надо путать с персонажами
Ремарка и Хемингуэя.
Один из них, случайно выживший,
В Москву осеннюю приехал.
Он по бульвару брел, как выпивший,
И средь живых прошел, как эхо.
Кому-то он мешал в троллейбусе
Искусственной ногой своею.
Сквозь эти мелкие нелепости
Он приближался к Мавзолею.
Он вспомнил холмики размытые,
Куски фанеры по дорогам,
Глаза солдат, навек открытые,
Спокойным светятся упреком.
На них пилоты с неба рушатся,
Крестами в тучах застревают...
Но не оскудевает мужество,
Как небо не устаревает.
И знал солдат, равны для Родины
Те, что заглотаны войною,
И те, что тут лежат, схоронены
В самой стене и под стеною.
1946-1984
Владимир Левин

***
Жемчужина

Охрипший Гамлет стонет на подмостках.
Слезами Федра размывает грим.
Мы мучаемся громко и громоздко,
О страсти и о смерти говорим.

Мы надеваем тоги и котурны,
Мы трагедийный меряем парик.
Но прерывает слог литературный
Бессмысленный и безнадежный крик.

Весь мир кричит. Мычат быки на бойне
И отпевают счастье соловьи.
И всё пронзительней и беспокойней
Кричат глаза глубокие твои.

Весь мир кричит. Орет матрос со шхуны.
Как барабан, гремит прибой в гранит.
Но устрица на тихом дне лагуны
Дремучее молчание хранит.

Она не стонет, не ломает руки;
В соленом синем сумраке внизу
Она свои кристаллизует муки
В овальную жемчужную слезу.

И я лежу, как устрица, на самом
Холодном, темном и пустынном дне.
Большая жизнь полощет парусами
И плавно проплывает в вышине.

Большая жизнь уходит без возврата...
Спокойствие. Не думай. Не дыши.
И плотно створки раковины сжаты
Над плоским телом дремлющей души.

Но ты вошла, ничтожная песчинка,
Вонзилась в летаргический покой,
Как шпага в грудь во время поединка,
Направленная опытной рукой.

Подобной жгучей и колючей болью
Терзает рак больничную кровать...
Какой дурак посмеет мне любовью
Вот эту вивисекцию назвать!..

Кромешной ночью и прозрачным утром
Среди подводной допотопной мглы
Я розовым и нежным перламутром
Твои смягчаю острые углы.

Я не жалею блеска золотого,
Почти иконописного труда...
И вот уже жемчужина готова,
Как круглая и яркая звезда.

Сияешь ты невыразимым светом
И в Млечный Путь уходишь. Уходи.
На все слова я налагаю вето,
На все слова, что у меня в груди.

В таких словах и львиный голос Лира –
И тот сорвется, запищит, как чиж...
Ты в волосатых пальцах ювелира,
Ты в чьем-то галстуке уже торчишь.

Я, думаешь, ревную? Что ты, что ты,
Ни капельки, совсем наоборот:
Пускай юнец пустой и желторотый
Целует жадно твой карминный рот.

Пускай ломает ласковые пальцы.
Ты погибаешь по своей вине,
Ведь жемчуг – это углекислый кальций,
Он тает в кислом молодом вине.

Так растворяйся до конца, исчезни
Без вздохов, декламации и драм.
От экзотической моей болезни
Остался только незаживший шрам.

Он заживет. И всё на свете минет.
Порвутся струны и заглохнет медь.
Но в пыльной раковине на камине
Я буду глухо о тебе шуметь.
Воркута. Июль 1946 г.
Алексей Эйснер

***
Среди миров, в мерцании светил
Одной Звезды я повторяю имя...
Не потому, чтоб я Ее любил,
А потому, что я томлюсь с другими.

И если мне сомненье тяжело,
Я у Нее одной ищу ответа,
Не потому, что от Нее светло,
А потому, что с Ней не надо света.
Иннокентий Анненский

***
Всадник въезжает в город после захода солнца.
Весело и тревожно лошадь его несется.
Всадник звенит булатом, словно кого-то ищет.
Не надрывайся, милый, не обессудь, дружище.

Город лежит в руинах, выцветший звездный полог
молча над ним сдвигает бережный археолог.
Стены его и рамы - только пустые тени,
дыры, провалы, ямы в пятнах сухих растений.

То, что дорогой длинной в сердце не отшумело,
стало могильной глиной, свалкою онемелой.
В городе визг шакала, свист неуемной птицы.
Весть твоя опоздала. Некому ей дивиться.

Тень переходит в сумрак, перетекает в пламя.
Всадник, гонец бесшумный, тихо кружит над нами.
В пыльную даль летящий, сдавшийся, безъязыкий,
с серой улыбкой, спящей на просветлевшем лике.
Бахыт Кенжеев

***
Стеклянные мальчики вышли смотреть салют,
Глаза протирают и город не узнают.
На зыбком крыльце перелетного кабака
Фарфоровых девочек трогают за бока.
Фригидная площадь, фаллический пьедестал,
Где каменный ГОСТ инструменты держать устал,
Плацкарта почтамта и флаги-нетопыри -
Всё дышит снаружи и светится изнутри.
Нечаянный праздник летит на семи ветрах,
Усы распустил, беспородным вином пропах,
Сиятельный ноль, надувной голубой налим...
Давайте ловить его и любоваться им!
Александр Беляков

***
Плоский день и бездонные сумерки
мы с тобой далеко далеко
улетели скорей всего умерли
не допив молоко молоко
наших теней первичные признаки
еще дышат печалью полны
а ключицы прозрачны и призрачны
а глаза зелены зелены
в них остыли метели и вот теперь
посреди снеговой кутерьмы
посвящаем друг другу то оттепель
то карболовый запах зимы
птицы наши болеют и молятся
чуть следя за движеньями рук
и стаканы холодные колятся
в раскаленных ладонях разлук.

Гамлет

С дураков придворных смыты маски,
Ночь укрыла королей и нищих.
Одинаковой любви и ласки
Одинаковые души ищут.
Вот сверчок, тягучий, полусонный
Заплутал в своей ночной руладе,
Вот свечи остаток странно согнут,
И опять - вопрос, будь он неладен.
Он не первый, правда, счет не важен.
Легче угадать, чем не ответить.
Он летит в своей воздушной башне,
В легкой парусине полусвета.
И свеча просвечивает насквозь
Тонкие беспомощные пальцы.
Чернота, распахнутая настежь,
Принимает гордого скитальца.
Он пронзает годы и эпохи.
Восковые крылья, дайте силы!
За спиной - любовь, обман и похоть,
Жадность слабых и жестокость сильных.
Дайте боли, чтобы не смеяться
Полупринцу и полупаяцу.
Дайте, дайте крылья всем безумцам –
Старикам и юношам безусым!
Не тоскуй, Офелия, за тенью.
В зеркале никто не отразился.
В зеркале, душе и сердце - темень.
Твой Икар с тобою не простился.
Помяни, Офелия, незрячих
И прозревших века постояльцев.
Приложи к губам своим молящим
Детские беспомощные пальцы.
Улыбнись улыбкою нетленной,
Может быть, я шепот твой услышу...
Ощетинясь порослью антенной,
Воют на Луну седые крыши.
1986
Сергей Городенский

Память

Только змеи сбрасывают кожи,
Чтоб душа старела и росла.
Мы, увы, со змеями не схожи,
Мы меняем души, не тела.

Память, ты рукою великанши
Жизнь ведешь, как под уздцы коня,
Ты расскажешь мне о тех, что раньше
В этом теле жили до меня.

Самый первый: некрасив и тонок,
Полюбивший только сумрак рощ,
Лист опавший, колдовской ребенок,
Словом останавливавший дождь.

Дерево да рыжая собака,
Вот кого он взял себе в друзья,
Память, Память, ты не сыщешь знака,
Не уверишь мир, что то был я.

И второй... Любил он ветер с юга,
В каждом шуме слышал звоны лир,
Говорил, что жизнь - его подруга,
Коврик под его ногами - мир.

Он совсем не нравится мне, это
Он хотел стать богом и царем,
Он повесил вывеску поэта
Над дверьми в мой молчаливый дом.

Я люблю избранника свободы,
Мореплавателя и стрелка,
Ах, ему так звонко пели воды
И завидовали облака.

Высока была его палатка,
Мулы были резвы и сильны,
Как вино, впивал он воздух сладкий
Белому неведомой страны.

Память, ты слабее год от году,
Тот ли это, или кто другой
Променял веселую свободу
На священный долгожданный бой.

Знал он муки голода и жажды,
Сон тревожный, бесконечный путь,
Но святой Георгий тронул дважды
Пулею нетронутую грудь.

Я - угрюмый и упрямый зодчий
Храма, восстающего во мгле,
Я возревновал о славе Отчей,
Как на небесах, и на земле.

Сердце будет пламенем палимо
Вплоть до дня, когда взойдут, ясны,
Стены нового Иерусалима
На полях моей родной страны.

И тогда повеет ветер странный -
И прольется с неба страшный свет,
Это Млечный Путь расцвел нежданно
Садом ослепительных планет:

Предо мной предстанет, мне неведом,
Путник, скрыв лицо: но всё пойму,
Видя льва, стремящегося следом,
И орла, летящего к нему.

Крикну я... Но разве кто поможет, -
Чтоб моя душа не умерла?
Только змеи сбрасывают кожи,
Мы меняем души, не тела.
Николай Гумилев

***

Море зари, и берег ее лилов.
Тень обнажает, словно отлив, пески.
Ты говоришь, что веришь в мою любовь
Ты говоришь, читаешь мои листки
Писаные не кровью и не вином
Бледной слезой невротика в пять утра -
В час когда медлит желтый сухой лимон
Встать колесом на пыльный небесный тракт

Бедра пустыни - кожа ее бела
Бьет как стрела мигренью не в глаз а в бровь
Я бы наверно бросил свои дела
Если бы тоже верил как ты в любовь
Прямо с вокзала в зубы зажав букет
Пятки бегом стирая по самый пах -
Призрак семейной жизни - смешной макет
Счастья которого не удержать в руках

Дом у моря

Я на лето сниму старый дом между сосен у моря
Там, где замерло время, уснув в створках ракушек хрупких
Где на стенах букеты из трав пахнут пряно и горько
В чашке с белой эмалью лесные стоят незабудки
Сине-белую скатерть накину на стол у окошка
И в заварочный чайник добавлю душицы и мяты
И до блеска начищу песком все кастрюли и ложки
И прохладные простыни будут свежи и несмяты
И в каких-то неспешных делах вдруг опустится вечер
Станет войлочно шаркать, шуршать и скрипеть половицей
И дрожащий огонь поцелует высокие свечи
И закроется книга с закладкой на третьей странице.
И устроившись в кресле, укутаюсь клетчатым пледом
В летаргическом сне ожиданья тебя и рассвета
И когда ты придешь, я кормить тебя буду обедом
Земляничным вареньем, впитавшем все запахи лета
И лиловая ночь растворит в тишине эту дачу
Будем просто молчать и сидеть, взяв друг друга за руки
И, должно быть, легко и внезапно мы оба заплачем
От спокойного счастья между сосен у моря разлуки

***
я могла бы, наверное, быть той высокой травой -
той зеленой водой, и листвой над твоей головой
лепестком иван-чая с алмазной росой на весу
что хранит тебя здесь, в этом дремлющем тихом лесу
я могла бы, наверное, стать продолженьем строки
отраженьем твоим в амальгаме недвижной реки
или ветром, качнувшим деревья дыханию в такт
просто нежность.
пустяк.
просто так
просто так
просто так...
Качигин Денис

Можжевеловый дым

Окропи наше ложе святой водой
И повесь в изголовье полынь.
Наломай березовых веток и
Пройдись, обметая углы.
Три охапки хвои швырни в огонь -
Можжевеловый дым пойдет.
И, пока она спит, положи ладонь,
И беда стороной пройдет.

Набери на склоне цветных камней
И сложи из камней очаг.
Злые бесы пляшут в его огне,
Поднимая дым на плечах.
Не гаси огонь, ты его корми,
Будет он в неоплатном долгу.
Ты узнаешь имя своей любви,
Прочитав его на снегу.

Бес откроет печь и швырнет в огонь
Фотографии тех, кто сплыл.
Как собака пламя лизнет ладонь -
Ты не даром его кормил.
А когда на рассвете уйдет печаль,
Серой птицей покинув дом...
Посмотри вслед сквозь голубой хрусталь,
Что вчера был оконным стеклом.

Осени ее небо своей звездой -
Она будет с тобой всегда.
Что с того, что простой ключевой водой
Оказалась святая вода.
Что с того, что пламя, лизнув ладонь,
Улетело дымом в трубу...
Три охапки хвои швырни в огонь
И узнаешь свою судьбу.
1991
Сергей Кривуля

Маленький венский вальс

Десять девушек едут Веной.
Плачет смерть на груди гуляки,
Есть там лес голубиных чучел
и заря в антикварном мраке.
Есть там залы, где сотни окон
и за ними деревьев купы...
О, возьми этот вальс,
этот вальс, закусивший губы.

Этот вальс, этот вальс,
полный смерти, мольбы и вина,
где шелками играет волна.

Я люблю, я люблю, я люблю,
я люблю тебя там, на луне,
и с увядшею книгой в окне,
и в укромном гнезде маргаритки,
и в том танце, что снится улитке...
Так порадуй теплом
этот вальс с перебитым крылом.

Есть три зеркала в венском зале,
где губам твоим вторят дали.
Смерть играет на клавесине
и танцующих красит синим
и на слезы наводит глянец.
А над городом - тени пьяниц...
О, возьми этот вальс,
на руках умирающий танец.

Я люблю, я люблю, мое чудо,
я люблю тебя вечно и всюду,
и на крыше, где детство мне снится,
и когда ты поднимешь ресницы,
а за ними, в серебряной стуже, -
старой Венгрии звезды пастушьи
и ягнята и лилии льда...
О, возьми этот вальс,
этот вальс "Я люблю навсегда".

Я с тобой танцевать буду в Вене
в карнавальном наряде реки,
в домино из воды и тени.
Как темны мои тростники!..
А потом прощальною данью
я оставлю эхо дыханья
в фотографиях и флюгерах,
поцелуи сложу перед дверью -
и волнам твоей поступи вверю
ленты вальса, скрипку и прах.
Гарсиа Лорка

***
Я хочу, чтобы вы обманули меня, виконт.
Я хочу быть обманутой снова, как в те века,
Когда белый зонтик, и лодка, и серый конь,
Ничего нельзя, и, как лед, холодна рука.
Я хочу бежать, виконт, от себя, от вас,
И, войдя домой, под любимый проклятый кров,
Сквозь июньский гром услыхать этот майский вальс,
От которого, как шальная, несется кровь.
И, войдя в тишину и сумрак, - не верь! не верь! -
Капюшон промокший откинув, - не может быть! -
Увидать, как вы - стремительно - в эту дверь -
Потому что вы не сумели меня забыть.
Сумасшедший, бледный, всю ночь хлеставший коня,
Без дороги, в бурю, - опомнись и уходи! -
Потому что вы так хотели одну меня,
Что могли бы сейчас умереть на моей груди.
Обманите меня, виконт! Я хочу понять,
Отчего так нежно кружится голова,
Отчего так тесно в груди - обмануть, обнять,
Обменять - как похоже, похоже звучат слова!..
Я пришла сама, потому что не станет нас,
Потому что жизнь - лишь бабочка в кулаке...
Обнимите меня, виконт! Я еще хоть раз
Эту страсть охоты увижу в вашем зрачке.

***
Не летай, потому что упасть - раз плюнуть,
Потому что в сегодняшних небесах
Нас с тобой не любит никто, не любит,
Даже нас, легчайших на всех весах,
Нас, таких же легких, как горстка пыли,
Нас, таких усталых, что - Боже мой! -
Если б нас, печальных, еще любили,
Мы бы просто умерли той зимой.
Не летай, потому что летучих - стаи,
Потому что в стаях - не нам с тобой,
Не таким, как мы, тяжелее стали,
Тяжелей, чем будничная любовь.
Не летай, любовь моя, мой звереныш,
Потому что я боюсь высоты.
Не летай со мной - ты меня уронишь
В эту бездну, где обитаешь ты.

***
Ему не прикажешь: бейся.
Оно, в этой клетке ребер -
Одно из немногих бедствий,
Злодейская птичка робин.
Удар - перебой. Зашторен -
Молчи, позвонок гремучий!
Не сыпь ей в кормушку зерен,
Замучай ее, замучай!
Найдем веселей и краше,
Счастливее, может, будем.
Кому этот щебет страшен?
Ни мне, ни тебе, ни людям.
Сорвавши голос - крещендо! -
Совравши - долой, страница!..
Но бьется она зачем-то,
Нелепая эта птица.

***
Не ходи за мной - я тебя заведу в тайгу,
В бурелом, в осинник, в колючий кедровый бор.
Я потом и сама отыскать пути не смогу,
И одна - не смогу, а не то, что вдвоем с тобой.
Не ходи за мной - я тебя утоплю в тоске,
В одиночестве, в речушке, где сонный мор...
Муравей слезинкой сбежит по белой щеке.
Муравей - он мудрый, он знает, что ты - не мой.
Не ходи за мной, не ходи за мной по пятам,
По болотам, глупый волчонок, по маяте!..
Оставайся там, где ты весел, не верь устам,
Говорящим: мой, - ты не мой, и уста не те.
Видишь: берег угрюм, волчьих ягод полны кусты,
Видишь: вечер зловещ, как оборотень в лесу?..
Ты не сможешь, милый, не сможешь меня спасти.
Так позволь, хоть я напоследок тебя спасу.

***
Люби меня пристально, друг мой. Люби меня тише.
Сгущается вечер, и дождь барабанит по крыше.
Люби меня шёпотом. И ни на что не похоже.
И если придётся, люби меня кратче и строже,
люби, не пугаясь. Уже приготовлены гвозди
и заживо срезаны розы. Люби меня после,
люби меня проще. И дождь барабанит всё глуше.
Люби, не прощаясь, люби меня дальше и глубже,
чем губы, чем корни, чем стук безразличной лопаты.
Люби меня прежде, чем мы повстречались когда-то,
люби беспощадней, люби меня только такою,
дрожа, задыхаясь и рот зажимая рукою,
и стиснутся зубы, и дождь перестанет, и снова
люби меня там, где мертво и беспомощно слово,
люби никогда, но люби как погибель и чудо,
и дом подожги, чтобы больше не выйти отсюда...
Родионова Ольга

***
О, как мне жить, не причиняя зла,
Тому, кто в злой судьбе не виноват?
Тому, кто в жизни сам лишен тепла,
Тому, кто мне дороже во сто крат
Чем все богатства мира?!
И о нем
Болит душа, и мается в тоске…
Молю опять о спутнике своем
У жизни, что висит на волоске:
-О, защити! И завтра, и теперь
От глупости людской, и от огня.
Избавь и от разлук, и от потерь…
А если нужно – то и от меня.

А напоследок я скажу…

Пусть лучше вспыхнет страсть,
И овладеет тобой,
Чем непонятный страх
Выпьет твою любовь.
Незачем жить таясь,
Мучаясь и скорбя –
Может в последний раз
Бог посетил тебя!
Гронская Любовь

***
Я прощаюсь со всем, чем когда-то я был
И что я презирал, ненавидел, любил.
Начинается новая жизнь для меня,
И прощаюсь я с кожей вчерашнего дня.
Больше я от себя не желаю вестей
И прощаюсь с собою до мозга костей,
И уже, наконец, над собою стою,
Отделяю постылую душу мою,
В пустоте оставляю себя самого,
Равнодушно смотрю на себя — на него.
Здравствуй, здравствуй, моя ледяная броня,
Здравствуй, хлеб без меня и вино без меня,
Сновидения ночи и бабочки дня,
Здравствуй, все без меня и вы все без меня!
Я читаю страницы неписаных книг,
Слышу круглого яблока круглый язык,
Слышу белого облака белую речь,
Но ни слова для вас не умею сберечь,
Потому что сосудом скудельным я был
И не знаю, зачем сам себя я разбил.
Больше сферы подвижной в руке не держу
И ни слова без слова я вам не скажу.
А когда-то во мне находили слова
Люди, рыбы и камни, листва и трава.
Арсений Тарковский
Шевченко
Сообщения: 2631
Зарегистрирован: 5 июн 2005, 15:25
Откуда: Крым, Симферополь, особенно Алушта
Благодарил (а): 5 раз
Поблагодарили: 118 раз
Контактная информация:

Сообщение Шевченко »

Геннадий Шпаликов




Бывает все на свете хорошо,-
В чем дело, сразу не поймешь,-
А просто летний дождь прошел,
Нормальный летний дождь.

Мелькнет в толпе знакомое лицо,
Веселые глаза,
А в них бежит Садовое кольцо,
А в них блестит Садовое кольцо,
И летняя гроза.

А я иду, шагаю по Москве,
И я пройти еще смогу
Соленый Тихий океан,
И тундру, и тайгу.

Над лодкой белый парус распущу,
Пока не знаю, с кем,
Но если я по дому загрущу,
Под снегом я фиалку отыщу
И вспомню о Москве.
Всё проходит, постоянны одни лишь изменения.
Talifa
Сообщения: 2106
Зарегистрирован: 21 янв 2004, 08:26
Благодарил (а): 27 раз
Поблагодарили: 289 раз

Сообщение Talifa »

Виктор писал(а):Музыка, складывай ноты, захлопывай папку,
Прячь свою скрипку, в прихожей разыскивай шляпку.
Ветер по лужам бежит и апрельскую крутит
Пыль по асфальту подсохшему. Счастья не будет.

Счастья не будет. Винить никого не пристало:
Влажная глина застыла и формою стала,
Стебель твердеет, стволом становясь лучевидным -
Нам ли с тобой ужасаться вещам очевидным?

Будет тревожно, восторженно, сладко, свободно,
Будет томительно, радостно - все, что угодно,-
Счастья не будет. Оставь ожиданья подросткам,
Нынешний возраст подобен гаданию с воском:

Жаркий, в воде застывает, и плачет гадалка.
Миг между жизнью и смертью - умрешь, и не жалко -
Больше не будет единственным нашим соблазном.
Сделался разум стоглазым. Беда несогласным:

Будут метаться, за грань порываться без толку...
Жизнь наша будет подглядывать в каждую щелку.
Воск затвердел, не давая прямого ответа.
Счастья не будет. Да, может, и к лучшему это.

Вольному воля. Один предается восторгам
Эроса. Кто-то политикой, кто-то Востоком
Тщится заполнить пустоты. Никто не осудит.
Мы-то с тобой уже знаем, что счастья не будет.

Век наш вошел в колею, равнодушный к расчетам.
Мы-то не станем просить послаблений, а что там
Бьется, трепещет, не зная, не видя предела, -
Страх ли, надежда ли - наше интимное дело.

Щебень щебечет, и чавкает грязь под стопою.
Чет или нечет - не нам обижаться с тобою.
Желтый трамвай дребезжанием улицу будит.
Пахнет весной, мое солнышко. Счастья не будет.
Дмитрий Быков
Обревелась.
Alexandеr
Сообщения: 919
Зарегистрирован: 26 май 2003, 11:12
Благодарил (а): 7 раз
Поблагодарили: 36 раз

Сообщение Alexandеr »

Ну не принимайте всё так близко к сердцу!
:)
Счастье будет!!!! … но потом
vovka
Сообщения: 1898
Зарегистрирован: 30 май 2006, 16:40
Откуда: Москва
Благодарил (а): 150 раз
Поблагодарили: 192 раза

Сообщение vovka »

А мне последнее понравилось, А. Тарковского.
Talifa
Сообщения: 2106
Зарегистрирован: 21 янв 2004, 08:26
Благодарил (а): 27 раз
Поблагодарили: 289 раз

Сообщение Talifa »

Alexandеr писал(а):Счастье будет!!!! … но потом
В следующей жизни? ))) Там же счастливое детство, творческая многоденежная работа, беспроблемные дети... А ладно, один фиг, сансара - нирвана. Будем принимать за счастье что есть. :D
А Тарковский - это да.


Просыпается тело,
Напрягается слух.
Ночь дошла до предела,
Крикнул третий петух.

Сел старик на кровати,
Заскрипела кровать.
Было так при Пилате,
Что теперь вспоминать?

И какая досада
Сердце точит с утра?
И на что это надо -
Горевать за Петра?

Кто всего мне дороже,
Всех желаннее мне?
В эту ночь - от кого же
Я отрекся во сне?

Крик идет петушиный
В первой утренней мгле
Через горы-долины
По широкой земле.





Когда тебе придется туго,
Найдешь и сто рублей и друга.
Себя найти куда трудней,
Чем друга или сто рублей.

Ты вывернешься наизнанку,
Себя обшаришь спозаранку,
В одно смешаешь явь и сны,
Увидишь мир со стороны.

И все и всех найдешь в порядке.
А ты - как ряженый на святки -
Играешь в прятки сам с собой,
С твоим искусством и судьбой.

В чужом костюме ходит Гамлет
И кое-что про что-то мямлит,-
Он хочет Моиси играть,
А не врагов отца карать.

Из миллиона вероятий
Тебе одно придется кстати,
Но не дается, как назло
Твое заветное число.

Загородил полнеба гений,
Не по тебе его ступени,
Но даже под его стопой
Ты должен стать самим собой.

Найдешь и у пророка слово,
Но слово лучше у немого,
И ярче краска у слепца,
Когда отыскан угол зренья
И ты при вспышки озаренья
Собой угадан до конца.
N.E.
Сообщения: 111
Зарегистрирован: 2 авг 2002, 15:28
Откуда: Москва
Поблагодарили: 3 раза

Сообщение N.E. »

//Обревелась.//
Больше ничего не придумали?

Что бы там не говорили, жизнь, конечно, не подарок -
как сказал один еврей, а быть может не еврей.
Жизнь- невеста без приданного,
жизнь- девица-перестарок,
а приданное и молодость - в веселости твоей.

Ни к чему ворчать и злиться,
огорчаться ни к чему.
Лучше будем веселиться,
неизвестно почему.

У меня в желудке пусто, у тебя в кармане пусто,
у хозяйки пусто в доме, но зато полно морщин.
Тут как раз и выручает это славное исскуство,
это дивное исскусство веселиться без причин.

Тем, кто любит веселиться, иногда и солнце светит,
а когда оно не светит, пригодится и луна.
Кто встречает жизнь с улыбкой, тот порой и счастье встретит,
Улыбнись судьбе-недоле, улыбнется и она!

Ни к чему ворчать и злиться,
огорчаться ни к чему,
лучше будем веселиться
неизвестно почему.
Аватара пользователя
Виктор
Основатель Школы
Сообщения: 11337
Зарегистрирован: 14 мар 2002, 07:27
Откуда: Москва
Поблагодарили: 1310 раз

Сообщение Виктор »

У каждого человека свои реакции на ВСЁ , сугубо индивидуальные.
Поэтому не то, что осуждать, но даже судить их нельзя! ИМХО.
Что до этих стихов, Ира, то человек выразил СВОЕ мироощущение в конкретный момент времени. Выразил то, что было в ЭТОТ час у него на душе. И выразил, черт побери, талантливо! Так, что до костей достает. НО! В следующий час все может измениться, и снова блеснет ниоткуда краешек сумасшедшего счастья. И так будет меняться все время, потому санасра и есть нирвана - счастье и его отсутствие постоянно сменяют друг друга.
Как там у китайцев? "Жизнь состоит из бед и радостей. Когда они притрутся друг к другу без остатка, из этого возникнет счастье. ТАКОЕ счастье будет нерушимым".
А йога дает душе покой - одно из абсолютно необходимый условий того, что называют счастьем. ИМХО.
Как там писал молодой Андрюша Вознесенский, когда еще был человеком? Вот отрывок из его поэмы "Оза":
"В час отлива, возле чайной
я лежал в ночи печальной,
говорил друзьям об Озе и величьи бытия,
но внезапно чёрный ворон
примешался к разговорам,
вспыхнув синими очами,
он сказал:
"А на фига?!"

Я вскричал: "Мне жаль вас, птица,
человеком вам родиться б,
счастье высшее трудиться.
полпланеты раскроя..."
Он сказал: "А на фига?!"

"Будешь ты, великий ментор,
бог машин, экспериментов,
будешь бронзой монументов
знаменит во все края..."
Он сказал: "А на фига?!"

"Уничтожив олигархов,
ты настроишь агрегатов,
демократией заменишь
короля и холуя..."
Он сказал: "А на фига?!"

Я сказал: "А хочешь — будешь
спать в заброшенной избушке,
утром пальчики девичьи
будут класть на губы вишни,
глушь такая, что не слышна
ни хвала и ни хула..."
Он ответил: "Все — мура,
раб стандарта, царь природы,
ты свободен без свободы,
ты летишь в автомашине,
но машина — без руля...

Оза, Роза ли, стервоза —
как скучны метаморфозы,
в ящик рано или поздно...
Жизнь была — а на фига?!"

Как сказать ему, подонку,
что живём не чтоб подохнуть,—
чтоб губами чудо тронуть
поцелуя и ручья!

Чудо жить необъяснимо.
Кто не жил — что ж спорить с ними?!
Можно бы — да на фига?!"
Вот ТАКОЕ мироощущение может прийти к поэту в другой час, когда тьма сменится светом.
И, самое смешное, они правы оба - и Быков, и Вознесенский!
Сансара и есть нирвана!!!
Шевченко
Сообщения: 2631
Зарегистрирован: 5 июн 2005, 15:25
Откуда: Крым, Симферополь, особенно Алушта
Благодарил (а): 5 раз
Поблагодарили: 118 раз
Контактная информация:

Сообщение Шевченко »

УТРО
Озябший розовый бутон
К фиалке голубой приник.
И тотчас, ветром пробужден,
Очнулся ландыш - и поник.
И жаворонок в синь летел,
Звенел, взмывая к облакам.
А соловей рассветный пел
О неземной любви цветам.
Иосиф Сталин.
Всё проходит, постоянны одни лишь изменения.
Шевченко
Сообщения: 2631
Зарегистрирован: 5 июн 2005, 15:25
Откуда: Крым, Симферополь, особенно Алушта
Благодарил (а): 5 раз
Поблагодарили: 118 раз
Контактная информация:

Сообщение Шевченко »

ПОСЛУШНИК
Поговорим о вечности с тобою:
Конечно, я во многом виноват!
Но КТО-ТО правил и моей судьбою,
Я ощущал ТОТ вездесущий взгляд.
ОН не давал ни сна мне, ни покоя
ОН жил во мне и правил СВЫШЕ мной.
И я, как раб ВСЕЛЕНСКОГО НАСТРОЯ ,
Железной волей управлял страной.
Кем был мой тайный ВЫСШИЙ ПОВЕЛИТЕЛЬ?
Чего хотел ОН, управляя мной?
Я, словно раб, судья и исполнитель -
Был ВСЕМ над этой нищею страной.
И было всё тогда не постижимо:
Откуда брались сила, воля, власть.
Моя душа как колесо машины,
Переминала миллионов страсть
И лишь потом, весною в 45-м,
ОН прошептал мне тихо на ушко:
«Ты был моим послушником, солдатом
И твой покой уже недалеко!».
Иосиф Сталин.
Всё проходит, постоянны одни лишь изменения.
Аватара пользователя
Виктор
Основатель Школы
Сообщения: 11337
Зарегистрирован: 14 мар 2002, 07:27
Откуда: Москва
Поблагодарили: 1310 раз

Сообщение Виктор »

Дворами проходит, старье, восклицает, берем.
Мещанская речь расстилается мшистым ковром
по серой брусчатке, глухим палисадникам, где
настурция, ирис и тяжесть шмелей в резеде.

Подвальная бедность, наследие выспренних лет...
Я сам мещанин - повторяю за Пушкиным вслед -
и мучаю память, опять воскресить не могу
ковер с лебедями и замок на том берегу.

Какая работа! Какая свобода, старик!
Махнемся не глядя, я тоже к потерям привык,
недаром всю юность брезгливо за нами следил
угрюмый товарищ, в железных очках господин .

Стеклянное диво, лиловый аптечный флакон
роняя на камни, медяк на ладони держа, -
еще отыщу тебя, чтобы прийти на поклон -
владельца пистонов, хлопушек, складного ножа...
Бахыт Кенжеев

Снег

Полюбил бы я зиму,
Да обуза тяжка...
От нее даже дыму
Не уйти в облака.

Эта резанность линий,
Этот грузный полет,
Этот нищенски синий
И заплаканный лед!

Но люблю ослабелый
От заоблачных нег —
То сверкающе белый,
То сиреневый снег...

И особенно талый,
Когда, выси открыв,
Он ложится усталый
На скользящий обрыв,

Точно стада в тумане
Непорочные сны —
На сомнительной грани
Всесожженья весны.

Он и я

Давно меж листьев налились
Истомой розовой тюльпаны,
Но страстно в сумрачную высь
Уходит рокот фортепьянный.

И мука там иль торжество,
Разоблаченье иль загадка,
Но он — ничей, а вы — его
И вам сознанье это сладко.

А я лучей иной звезды
Ищу в сомненьи и тревожно,
Я как настройщик, все лады,
Перебираю осторожно.

Темнеет… Комната пуста
С трудом я вспоминаю что-то,
И безответна, и чиста,
За нотой умирает нота.
И.Анненский

***
...Не ищи сравнений - они мертвы,
говорит прозаик, и воду пьет,
а стихи похожи на шум листвы,
если время года не брать в расчет,

и любовь похожа на листьев плеск,
если вычесть возраст и ветра свист,
и в ночной испарине отчих мест
багровеет кровь - что кленовый лист,

и следов проселок не сохранит -
а потом не в рифму мороз скрипит,
чтобы сердце сжал ледяной магнит, -
и округа дремлет, и голос спит -

для чего ты встала в такую рань?
Никакого солнца не нужно им,
в полутьме поющим про инь и янь,
черный с белым, ветреный с золотым...
Б.Кенжеев

***

Пришла бомжиха. Говорит о Рерихе.
Неведомо откуда прибрела.
И сморщились в прихожей зеркала.
Болотца глаз, зелёное горение…
Ты кто, какого пола, ты куда?
Ты для чего присутствуешь в сознании?
Порушено, повысвистано здание,
Оборваны, замкнуты провода
И даже не искрят…
Слова ли, жесты ли —
Я не пойму значенья твоего.
Кикимора, суккуб иль существо
Неведомое…
То, что было женщиной,
Сегодня произносит нараспев
Пустые мантры голосом надтреснутым.
И мысль, и слово тают, постарев…
Я жил в подвалах города окрестного,
Но даже среди выпревших дерев,
Среди шизы и сумеречной нетости
Я не встречал подобной пустоты.
Ты в Шамбале, во вне, в могиле ты,
В глухом плену блуждающей телесности.
Я тени не пускаю на порог.
Кто выкрал твою душу бесшабашную?
Где она плачет, зная бездну страшную,
Пока ты ищешь смертный бугорок.
Владимир Берязев

***

О какая страшная, черная, грозовая
Расползается, уподобленная блину,
Надвигается, буро-желтую разевая,
Поглотив закат, растянувшись во всю длину.

О как стихло все, как дрожит, как лицо корежит,
И какой ледяной кирпич внутри живота!
Вот теперь-то мы и увидим, кто чего может
И чего кто стоит, и кто из нас вшивота.

Наконец-то мы все узнаем, и мир поделен -
Не на тех, кто лев или прав, не на нет и да,
Но на тех, кто спасется в тени своих богаделен,
И на тех, кто уже не денется никуда.

Шелестит порывами. Тень ползет по газонам.
Гром куражится, как захватчик, входя в село.
Пахнет пылью, бензином, кровью, дерьмом, озоном,
Все равно - озоном, озоном сильней всего.
Дмитрий Быков

***
Десять минут

Снова вечер, и рвет тишину тишина,
И реалии смутно плывут.
Одиночества доля судьбою дана
На последние десять минут.

Эти десять минут словно вечности мгла,
Вечный холод и вечный пожар.
Ты представить такого себе не могла,
На прощанье плечами пожав.

И минуты пошли, разрушая мечты,
Разрушая иллюзию дня...
Через десять минут снова явишься ты,
Но уже не застанешь меня.
Евгений Дергачев

***

Прошлого нет – уже,
будущего – еще,
а на их на меже
нет ничего вообще.

Сделаю мир из букв,
жизнь сочиню из слов,
вставлю печальный звук
в полый тростинки ствол.

Стану в нее я дуть,
плакать отца ли, мать,
чтобы хоть что-нибудь
прошлым своим назвать,
и пригляжу во снах
женщину ли, дитя,
или какой-то знак
будущего хотя.

Прошлое расскажу,
будущее сложу,
а на их на межу
дерево посажу,

может, хоть так дано
мне отыскать ответ,
вырастив «да» одно
на трех бесплодных «нет».

Буду с ними на спор
в эту играть игру,
что живой до сих пор,
а как опять умру –

прошлого не отнять
будущему уже:
нет на меже меня,
нет меня на меже.
Владимир Строчков

***
Заря пылала, догорая,
Солдатики шагали в ряд.
Мне мать сказала, умирая:
- Надень мальчишеский наряд.

Вся наша белая дорога
У них, мальчоночков, в горсти.
Девчонке самой легконогой
Всё ж дальше сердца не уйти!

Мать думала, солдаты пели.
И всё, пока не умерла,
Подрагивал конец постели:
Она танцовщицей была!

...И если сердце, разрываясь,
Без лекаря снимает швы, -
Знай, что от сердца - голова есть,
И есть топор - от головы...
М.Цветаева
Ответить